Как сейчас помню морозное и солнечное утро первого марта 1992 года. Я - красивый, двадцатидвухлетний - в первый раз иду на новую работу, теперь я - дворник. А совсем недавно был инженером. Чисто формально - так я назывался на работе, но инженером, конечно, не был. Просто отсиживал унылые рабочие дни - меня распределили в этот отдел НИИ после окончания университета. В 1991-м году распределение еще было обязательным - в последний раз.
Отбыв на этой "каторге" пять месяцев, я очень захотел уволиться. Но тот, кого взяли по распределению, должен был отработать три года, таков был закон. Фактически, работодатель оплачивал мое обучение, хотя для меня оно было бесплатным, ну или покупал меня у вуза. И как раз три года работы хватало, чтобы выкупить себя обратно из рабства.
Я пришел в отдел кадров и сказал, что хочу уволиться. Милая женщина отнеслась ко мне хорошо, сказала, что так не делается, но она узнает, что можно сделать. И узнала. Оказывается, меня взяли по бартеру, не платили, а отдали вузу какое-то списанное оборудование. То есть, чего-то мало-мальски ценного за меня не дали, так что НИИ ничего не терял, если я уйду. И я с радостью ушел.
Как выяснилось, зарплата дворника была в пять раз больше моей зарплаты инженера. Так было в феврале 1992 года. Молодой специалист получал 200 рублей, а дворник тысячу. Не знаю, почему так. И я устроился в соседний ЖЭК, там была вакансия.
Мне совершенно не стыдно было работать дворником. Наоборот, в этом был особый шик и романтика. Я как бы продолжал традицию старших товарищей, которых я уважал и слушал. "Поколение дворников и сторожей" - известная песня Гребенщикова о дауншифтерах того времени. "Он был инженером - теперь он сторож, он выбрал себе это сам" - другая песня о том же. Прославление выхода из системы звучало по всем фронтам. Гребенщиков работал ночным сторожем, Цой - кочегаром, Шевчук - разнорабочим в кафе. И мне хотелось погружения в андеграунд. Да и физический труд меня никогда не пугал.
И я стал дворником. Мне нравилось вставать рано утром, за 15 минут доходить до участка и начинать мести данную мне в ответственность улицу. Но реальность всегда кусается, если вас ведут романтические порывы. Все оказалось не так просто и однозначно.
Для начала моя улица была проходной, и весьма сильно проходной. Утром вдоль моего дома толпы народа шли на остановку, чтобы разъехаться по работам и прочим делам. А вечером они же шли домой. Я сметал с улицы несколько ведер песка, а на следующее утро песка там было столько же. Но это меня не расстраивало, мне нравилось.
А когда наступил апрель, выяснилось еще одно обстоятельство. Мой участок был не такой, как у других, а минимум в полтора раза больше. Кроме улицы, идущей вдоль пятиэтажки, ко мне относилось большое пространство до соседнего дома, засаженное деревьями. А так как дворника до меня не было полгода, то весь этот огромный сквер был завален прошлогодними листьями. И убрать их все почему-то должен был я.
Надо было, конечно, догадаться, почему на всех соседних участках дворники были, а на этом - нет. Потому что дураков нет. В смысле, не было до меня. Но я был неопытным юношей, и не понял, что участок проблемный.
Да и нипочем это все было. Убрал я листья, отец помог. Мы гребли их на брезент и стаскивали в огромную кучу, которую потом увезли. Делов-то. Пару дней всего потратили.
Добило меня другое. Дворников обязали находиться целый день на своем участке. То есть с восьми и до пяти ты должен был, как в сраном офисе, где-то маячить поблизости. Зачем?
До сих пор не понимаю смысла этого странного требования. Никто особо не мусорил за день, так, чтобы требовалось срочно что-то убирать. Рядом был мусорка с баками, и у нас было дежурство на ней - когда приезжала машина забирать мусор, за ней надо было убрать. Но это случалось не чаще раза в неделю. В общем, исчезал самый главный смысл работы дворником - с утра поработал - весь день свободен. И я уволился.
Но было хорошо. До сих пор помню разные истории, возникавшие во время работы. Помню прекрасную семью котов, живших во дворе, меня поразило, что идущие на остановку люди приносили им еду. Не жители этого дома, а мимо проходящие. Разворачивали газетку с едой и угощали животных.
А коты и кошки были роскошные. Крупные, пушистые, серо-полосатые. Бездомные собаки их не трогали, а раскормленная домашняя овчарка, которую утром выпускали погулять, с радостным визгом их злобно гоняла. Целый мир открылся мне на моей единственной дворницкой работе.
Поздравляю вас с первым днем весны и днем кошек!
01.03.25