Еще одна замечательная претензия ко мне от моих родителей, в основном ее озвучивала мать - это то, что я несамостоятельный. Когда я стал постарше, сам увидел противоречие в этом утверждении. С малых лет самостоятельность была мне запрещена, и при этом регулярно ставилось в вину ее отсутствие.
Теперь я понимаю причину появления этого обвинения и его суть. И это не только то, что мои родители сами не были самостоятельными и взрослыми, оттого приписывали мне свои грехи. Это они были хуже всех и самостоятельно жить не могли, но не это главное.
Когда у них родился ребенок, то есть, я, им очень не понравился тот труд, который надо было в меня вкладывать. А труда было много. Корми, пеленай, успокаивай, мой, не спи ночами, гуляй, бойся, отвечай. Нормальный человек справляется с этим спокойно, да еще и радость испытывает. А инфантил-потеряшка не справляется. То есть, справляется кое-как, но ощущает нечеловеческую тяжесть.
Мне говорилось множество раз, наверное, тысячу или больше, о том, как им было со мной тяжело, когда я родился. И я думал, да, бедные родители, в меня легко проникало и отлично разместилось внутри чувство вины перед ними. Со мной же было так тяжело!
Я был уже совсем взрослым, со своими детьми, когда, вспомнив эти слова, подумал - а почему им со мной было тяжело? Причина тряски, как сейчас говорят?
Я был здоровым ребенком. У меня не было ДЦП, каких-то врожденных пороков, генетических болезней, никаких проблем. Я хорошо ел и правильно развивался. Я был красивым и позитивным ребенком, часто улыбался и радовался, и они мне об этом говорили, и на фото я такой. Да я и сейчас такой.
Они работали, не бедствовали, не нуждались, а в мои 3,5 года вообще получили отдельную двухкомнатную квартиру. И сами они были здоровы и вполне благополучны. Никто вагоны ночами не разгружал, чтобы прокормить мать и новорожденного. Так откуда эта колоссальная тяжесть ухода за нормальным здоровым ребенком? От которой у отца даже случился нервный срыв, и он почему-то бросил учиться в институте, когда до окончания оставался всего год. Тоже, кстати, моя вина - отец не получил высшего образования, потому что родился я.
Да понятно, откуда. Не хотели они моего появления, и когда родился, тоже не захотели. Я был чистой обузой, и требовал только вложений, а взамен ничего не давал. Младенцы обычно дают взамен любовь и радость, чувство собственной реализованности для матери и гордости для отца, но это у нормальных людей, а в моем случае принимать мои младенческие дары было некому. Увы. С той стороны были инфантилы, попавшие в ловушку. С перекошенными лицами от того, что на них рухнул груз тяжелейшей ответственности и труда, которых не избежишь.
Кстати, женились они по залету, как говорили в моей молодости, что стало еще одной моей виной. Я их соединил, и если бы не я, эти не приспособленные к жизни двадцатишестилетние дети остались бы поодиночке, и не имели бы таких проблем.
И вот он, исток обвинений меня-ребенка в несамостоятельности. Они получили в руки существо, которое не может само себя обслуживать. Не может делать то, что нужно ему, самостоятельно. И это им теперь приходится делать ЗА это существо. Нет бы существу самому все свои проблемы решать! Но оно не способно, а им приходится.
Вот и получилось обвинение навсегда - ты несамостоятельный. Мы за тебя много лет все делали, а не ты сам за себя!
Удивительно, но когда я подрос и прежнего вложения труда уже не требовал, проявлять самостоятельность мне стало запрещено. Я должен был оставаться несамостоятельным, чтобы мои родители чувствовали себя выше и лучше меня. Это выражалось не только в том, что за меня продолжали делать то, что я мог сделать сам.
Само понятие самостоятельности было извращено. Истинная самостоятельность, то есть, когда я сам выбираю, сам решаю, что мне делать и как жить, что, например, и в детском возрасте возможно, а в подростковом даже необходимо, была под запретом. Я был должен самостоятельно делать только то, что им нужно. Не мне, а им. Вот такая от меня требовалась "самостоятельность".
И я делал, я проявлял именно такую самостоятельность, подстраивался под их требования. Я не бунтовал, не убегал из дома, хотя мог бы. Но я был хорошим и ответственным, а также щедрым и гибким - это же мои родители, дам им то, что им нужно. По факту я с малых лет отвечал за них, и старался делать то, от чего им было "хорошо", чего они хотели и требовали. Мое детство проходило в служении родителям, то есть, у меня не было детства. Я никогда не знал никакой беспечности, не капризничал и не требовал, что хотел.
Помню слова матери, она всегда лучилась удовлетворением, их говоря: "Дети часто в магазинах требовали им купить какие-то игрушки, орали, даже на пол падали в истерике, а ты так никогда не делал. Не только не плакал, но даже и не просил ничего, хотя я видела, что тебе тоже чего-то хочется. Ты все понимал". Какая радость! Ребенок все понимает как взрослый.
Если бы мой ребенок не мог чего-то попросить, а я бы видел, что он хочет, но не просит - я бы сдох от ужаса и жалости. И мои дети просили и требовали, и это прекрасно! Значит, у них было и есть на это право, то самое, которого у меня никогда не было.
Ребенок не должен отвечать за взрослых и служить им, все должно быть наоборот, но происходит такое сплошь и рядом - инфантилы-родители и все понимающий ребенок, который волочит их на себе по жизни. Это чрезмерная нагрузка, которая обязательно приводит к проблемам во взрослой жизни. Например, многие "лентяи" просто надорвались в детстве, и им требуется отдых и беспечность, которой их лишили. А многие "трудоголики" так и не могут позволить себе перестать надрываться.
Продолжение возможно.
19.02.25