Гёте приписывают такую цитату: "Разучивание прекрасного и упражнения в прекрасном непременно поднимают человека, если только он не совсем обижен природой".
Полностью с ним согласен. Хотя мое мнение не может быть объективным, поскольку я сам в прекрасное погружен давным-давно, и только в нем и живу. И то, что мне кажется прекрасным, кто-то просто не отличит от уродства. Или наоборот, назовет уродливое прекрасным. Тем более, что обиженных природой очень много.
Однако по моему отнюдь не скромному мнению, без прекрасного в жизни ничего хорошего не выйдет. Потому я продолжаю на нашем осененном духовностью канале упражнения в прекрасном.
Мысли, которые последуют далее, родились из наших бесед с Таней о художниках и нашем к ним отношении. Я - лишь соавтор или даже меньше.
И мне и Тане в детстве нравились художники Шишкин и Айвазовский. Причем Айвазовский был для меня ну просто вершиной художественного творчества. В 15 лет я отдыхал в Феодосии, и ходил в галерею Айвазовского не один раз. И меня неизменно поражали его картины. И его мастерство. Я был в огромном восхищении.
Когда я подрос, в моей жизни внезапно появились импрессионисты и постимпрессионисты. Да как появились - в самом Эрмитаже, в подлинниках и во всей красе! И тут обнаружилось нечто странное.
У них как будто наличествовал, стыдно сказать, недостаток мастерства. Нельзя было наслаждаться прозрачным, абсолютно натуральным морем, или реалистичными изображениями природы. Но их картины вызывали восторг. Били в самое сердце. И можно было подолгу стоять у любого полотна Ван Гога (или Ренуара, или Сезанна, или Гогена, или Моне и так далее) и жалеть, что придется от него уйти.
Но реализм там тоже был. Только какой-то другой - настоящий, что ли. Картина Моне "Впечатление. Восход солнца", созданная в Гавре - мегареалистична. А некоторые лондонцы говорили, что пока Клод Моне не стал рисовать их туман, они не знали, что он не серый, а цветной. И он это не придумал, а просто показал то, что есть.
Так и становилась ясна разница между мастером и гением. Ну или если без громких слов - мастером и художником.
Мастер овладел мастерством. И это круто. Я до сих пор ценю Айвазовского как мастера. Но я никогда не приравняю его к Куинджи. Или к Левитану. Или к Серову. Или к Поленову. Или к Коровину. Или к Саврасову. Они не мастера, они художники. И это совершенно разные уровни прекрасного.
Дорогие друзья, упражняйтесь в прекрасном! Не для корысти "подняться", а для наслаждения.
Ниже вы увидите одну из моих любимых картин Валентина Серова "Заросший пруд. Домотканово". Можно легко написать целую книгу, пытаясь объяснить, как она прекрасна!
Счастливо!
Виталий Мануковский,
pisat@mail.ru
19.01.23